В небесах

В 1989 я принял 3.5 грамма сушеных Ps. semilanceata. Я натер их на терке, положил в стакан со свежим лимонным соком, дал немного отстояться и выпил. Об этом я узнал из этого мэйл-листа (раньше я всегда ел их целиком). В результате я получил очень глубокое и полное впечатлений путешествие, и мне кажется, что этот метод предпочтительнее. Физический дискомфорт был минимален; я чувствовал себя легко и совсем не ощущал тошноты.
Все началось действительно быстро. После того, как я выпил стакан, я вышел за сигаретами и немного прогулялся. На улице была звездная ночь, и Млечный путь распростерся по всему небу. Я четко ощутил эффекты, года я вернулся домой; прошло 20 минут. Только на этой первой стадии я чувствовал некоторую тяжесть и головокружение; я расстегнул ремень и присел, вскоре эти симптомы прошли. Я продолжал сидеть примерно 40 минут, во время которых интоксикация нарастала с потрясающей скоростью. Теперь я видел всюду кружащиеся цвета, центр моего поля зрения был занят плотно связанным соединением искрящихся точек, которое слегка вращалось. Теперь я достаточно ощущал действие псилоцибов; я прилег в темноте на постель и расслабился, позволяя экспириенсу прийти в полную силу.
Следующий час, или около того, длился счастливый пик экспириенса. Как обычно, невозможно описать или даже запомнить экспириенс в последовательной форме - несколько представлений разворачивались одновременно. Здесь представлена пересмотренная и отредактированная литературная версия: Наиболее потрясающей вещью, главной темой всего путешествия, была уверенность в том, что эта планета говорит, что эта планета - осознающее существо, которое говорит в пространстве, общаясь с другими составляющими этой галактики. Тогда это было настолько кристально ясно, что я думал, что это изменит меня навсегда. Сейчас у меня остались только беспорядочные воспоминания об этом, но, тем не менее, это даст пищу моим размышлением на долгое время. Наша планета представлялась мне крошечной точкой в космосе, окруженная многоцветной, огромной аурой и гигантскими переливами цветов, которые отождествлялись с ее речью. И Солнце тоже говорило; тысячелетиями оно фанатично трудилось, с отчаянной силой оно упрашивало эту планету проснуться, породить жизнь, и заговорить во весь голос во вселенной. И теперь, когда эта работа завершена, Солнце сходило с ума от радости и, как счастливый родитель, призывало всех вокруг: "Придите и полюбуйтесь вместе со мной на это чудо". Эти призывы не остались без ответа, феномен был зафиксирован в центре галактики, и многие сочувствующие разумные существа наблюдали нашу солнечную систему.
Итак, это было восприятие вселенной, как живой и осознающей. Разумеется, я всегда чувствовал, что так и должно быть; материя, которая составляет все наши тела, изначально происходит от звезд, одна из звезд обеспечивает жизнь этой планеты, как же это может быть иначе - мое тело не производит сознание, но оно пользуется им и также им пользуются те небесные сферы, которые вовлечены в циркуляцию материю в космических масштабах. И, хотя, течение этого экспириенса выстроилось по линии мифа о Вселенной - Живом Организме, миф обогатился, к нему добавился новые
d -b ab(g%a*() компонент - монолог планеты.
Я словно переживал многократный лингвистический оргазм. Слова и целые предложения приходили ко мне и моментально порождали новых потомков, обещая все более и более глубокие откровения, и, когда они приходили, галлюцинации усиливались, пока они не
сформировали огромную возвышающуюся скульптуру из света, и я мог только стонать от счастья иметь тело и находиться в этой вселенной. Это случилось три или четыре раза; трип обладал своеобразной периодической, колеблющейся природой - я не испытывал ничего подобного ни раньше, ни в последствии.
После пика, я начал медленно опускаться, я снова уселся на диване и наслаждался чувством внутреннего жара, которое получаешь от псилоцина, независимо от дозы. Теперь, когда видение галактических масштабов миновало, гриб показал мне свою земную сторону. Я видел предметы, которые выглядели как пузыри с органами и они взрывались, выпрыскивая наружу свои телесные жидкости. Я вспомнил, что я уже видел это во время трипа несколько лет назад, и, что это мешало мне и доставляло неудобство. Теперь это навело меня на мысль, что такие действия, как дефекация, мочепускание и рвота особенны и священны, поскольку они заставляют нас контактировать со своим телом. Мне пришло в голову, что туалет является персональным святилищем, комнатой для медитации светского общества, и вместе с этим возник образ короля на "троне" со спущенными штанами, выглядящего как просветленный будда. С этой и другими забавными мыслями-озарениями я смог ощутить свой пищеварительный тракт, как выражение всей вселенной и просидел так долгое время, созерцая мудрость такого афоризма, как "ты - это то, что ты ешь" и т.п.
Вот так это было. Оставшуюся ночь я слушал музыку, экспериментировал с управление галлюцинациями по своей воле и создал несколько новых религий, прежде чем отойти ко сну рано утром в воскресенье. В любом случае это было замечательное путешествие, не в последнюю очередь, благодаря отсутствию тревоги и страха, которыми обычно сопровождаются мои путешествия при больших дозах. Я полагаю, что тот способ, которым я употребил грибы, сыграл определенную роль в том, что это случилось, поскольку все началось настолько быстро, что не было времени, чтобы нервничать. С другой стороны, я не могу расстаться с чувством, что, начиная с этого положительного опыта, мои отношения с родом гриба вступили в новую, лучшую стадию. По крайней мере, я надеюсь, что это так - я готов продолжить...

Настоящая галлюцинация

ДОЗА: 6 г сухих P. cyanescens
Следующие слова настолько правдивы, насколько я могу написать. Читатель должен принимать во внимание, что все это метафоры, тусклый отблеск того, что действительно произошло.
Принимая это во внимание, здесь представлено лучшая из того, что я могу об этом рассказать.
После прочтения Возрождения Архаичного (The Archaic Revival), я сразу был потрясен невероятными идеями Теренса МакКенны, которые казались мне правдивыми. Я быстро отыскал его другие работы, и Невидимый Ландшафт (The Invisible Landscape) произвел на меня очень сильное впечатление. Для тех, кто не читал его, эта книга представляет собой описание невероятного "трансцендентной командировки", которую осуществили Теренс и его брат Деннис. Книга пытается разъяснить понятным языком механизм этих трансцендентных событий. Основной предпосылкой эксперимента было то, что мозг является своего рода устройством настройки, способным фокусироваться на любой информации в любом месте голографической вселенной. Вибрации определенных молекул (а
именно псилоцибина в соединении с ингибиторами МАО) позволяют мозгу раскрывать ту информацию, которая обычно скрыта. Лучше прочтите эту книгу: мое описание ужасно неточно. В любом случае, я был достаточно заинтересован, чтобы самому наивно окунуться в эти сферы.
В эксперимент МакКенны была задействована большая доза свежих, амазонских грибов Stropharia cubenis и отвар айяуаски. Я решил не иметь дело ни с какими ингибиторами МАО, но у меня был достаточный запас Psilocybe cyanescens, который по весу гораздо сильнее обычных cubenis. Я съел шесть грамм сухих cyanescens. Обстановка представляла собой темный дом на побережье Чизпик, посреди февральской снежной бури. Огонь трещал, и я ожидал результаты. Через несколько минут после приема грибов я получил первые намеки на то, что должно произойти, огромные волны психоделической энергии, которые проявились как "ветер", пронесшийся сквозь мое тело. Меня нещадно стошнило, и я удалился в затемненную спальню, чтобы прилечь. Мой компаньон по эксперименту сказал: "Мне страшно!", и мои собственные зубы затряслись в соответствии с "ветром", описанным выше. За этим последовала череда жутких, радостных и абсолютно невероятных событий.
Следующий рассказ это метафора; у меня заняло 2 года, чтобы воссоздать последовательность того, что произошло в тот вечер.
Мне казалось, что я умер. Я точно знал, что так и произошло, но не смог бы ни за что на свете вспомнить, что я принял, почему я умер, и как это случилось. Я просто знал, что я сделал это, и я попал в своего рода галактическую тюрьму, или, может быть, в чистилище. Видения были многочисленными, хотя и мрачными. В этот момент они были в основном черно-белыми. Я чувствовал, как мое эго физически раздавливалось, как консервная банка. По мере этого процесса внутреннее содержание выплескивалось "наружу". В конечном счете, это завершилось чувством раздавленности, которое я могу сравнить разве что с несчастными двухмерными существами из фантастического фильма Flatland. Я провел некоторое время в этом мучительном и все более ужасном состоянии.
Затем появилось существо, которое привлекло к себе мое внимание. И испытал некоторое облегчение оттого, что увидел другое существо, поскольку я предполагал, что нахожусь там один (хотя и не был уверен в этом). Вначале, я был заворожен его вязкими периодическими движениями. Оно двигалось в каком-то ритме, словно танцуя. Наконец, я осознал, что смысл этого "танца" состоял в том, что оно прощупывало мою собственную форму, и что оно двигалось слишком быстро, чтобы я мог понять, что оно делает. Я был парализован. Не уверен, было ли у меня тело или -%b, но эта штука делала что-то со МНОЙ, и я был чем-то целым. По мере того, как я все больше концентрировался на его "физической" форме (этот термин применим лишь в самом широком смысле), мне стало казаться, что оно мне как-то знакомо. Не то, чтобы я видел его когда-либо, но вроде этого. Оно было гигантским хищным богомолом, хотя оно обладало умственными способностями и было похоже на картинку из мультика. Оно выглядело более низким, чем земное насекомое, более коротким и сильным. Несколькими своими руками оно обрабатывало мое существо, ощупывая каждый его кусочек. Оно не предпринимало никаких усилий для того, чтобы успокоить меня, но оно предало мне при помощи некой телепатии, что для нас обоих было бы лучше, если бы я прекратил бороться. Наконец, я перестал, и оно исчезло.
Я потерял почти все мое физическое осознание, и мой рассудок плавал в чем-то, напоминающем космос. Я видел звезды, небесные тела и т.п., но не был в этом уверен, возможно, это были молекулы. Разница казалась тогда совершенно неважной. Я знал, что у меня есть мозг и пара легких. Казалось, что это было все. Представляя себя, я видел мозг, соединенный позади него с легкими, и понимал, что структура из этих органов во многом навеяна космическим кораблем "The ENTERPRISE". Когда я ознакомился с космосом, я понял, что, использую воображение, я мог создавать объекты по своему усмотрению. Я открыл, что различные расстановки вызывали во мне различные ментальные состояния, некоторые были знакомы, другие были безумно чуждыми. Вспоминая впоследствии, у меня сложилось впечатление, как будто я переставлял основные молекулы, участвующие в передаче нервных импульсов. Одна перестановка "звезд" ощущалась, как похожая на ЛСД, другая на 2CB, и так далее. Однако тогда я не осознавал этого. Я просто передвигал звезды по своему желанию и чувствовал удовлетворение от непосредственных физических результатов.
Не уверен, произошло ли это намерено или нет, но, в конце концов, я перескользнул в другое "пространство". Это было то круглое пространство, куда меня обычно приводят психоделики. Тем не менее, в этот раз оно было гораздо больше, чем раньше. По периметру плавали формы существ, которые больше всего были похожи на изображения собак из мультфильмов. Они были похожи на изображения индейцев майя, так как имели высунутые языки и глаза, которые смотрели назад. Когда они проплывали мимо меня, они вызывали у меня саркастическую ухмылку. Тем временем в центре "сферы", были и другие существа. У меня не хватает слов, чтобы описать большинство из них, хотя те дурацкие рожицы, что я рисовал на полях своих школьных тетрадей, больше всего напоминают их форму. Единственный четкий пример, который я могу привести, это следующий интересный экземпляр: Я видел мексиканца, одетого в традиционные одежды индейцев уичоле, стоящего на коленях и блюющего на себя. Он посмотрел на меня знакомым взглядом и продолжил блевать. Позже мне стало интересно, встречал ли я его, или нет. Мне было интересно, кокой же энтеоген или техника забросили нас в одно и тоже место. А спустя примерно месяц, мне беспокоил вопрос, видел ли он в своем священном пространстве студента закинутого грибами.
Наконец, я расслабился, наслаждаясь неизбежностью происходящего. Внезапно, меня окружили цветы, похожие на опиумный мак, и появились эльфы, те, что обычно возникают под воздействием ДМТ. Они уверяли меня, что я был в безопасности, и что я хороший с которым стоит иметь дело. Своими высокими голосами, они пели песню, которая открыла мне не только мою собственную природу, но и природу всех живых существ. Они заверили меня, что моя ДНК не только подобна их собственной, но и частично содержит в себе их "код". Они настаивали на этом противоречивом утверждении. Я громко засмеялся, в основном, над абсурдностью всего этого. Мой смех вышел из-под контроля. Стоит добавить, что я был настолько вовлечен в это, что не существовало разницы, открыты или закрыты были мои глаза. Однако мой смех стал первым событием, как казалось, за многие месяцы, которое напомнило мне о существовании собственного тела и формы. И я смеялся... Я не мог остановиться!
В определенный момент смех "застыл" на определенной частоте, и я не мог заставить его сдвинуться. И действительно, я осознавал, что издаю монотонный гул. Даже дыхание не отражалось на его ясности. Я нашел это приятным и начал это исследовать. Следуя за звуком, вместо того, чтобы пытаться остановить его, я заставил его делаться все громче. В конце концов, это закончилось тем, что МакКенна описывает как металлическое жужжание. Очень похоже на звук цикад, но со множеством добавленных элементов. Я действительно чувствовал себя насекомым, производящим этот звук, и у меня было интуитивное понимание этой метаморфозы. Звук продолжался и я заметил, что он влияет на мои видения. Еще до этого, эльфы быстро и почти агрессивно взывали к моему вниманию, пытаясь показать мне лучшую игрушку, чем эта. Но этот невероятный звук заставил их распределиться в запутанные, хотя и тонкие, согласованные узоры. Слегка изменяя высоту жужжания или модулируя его, можно было изменять эти узоры. Через некоторое время я смог создавать трехмерные объекты. Я не пытался создать стул, или собаку, или что-то вроде этого, это были скульптуры из чистого света и вращающихся сфер, изумрудных башен, окруженных пульсирующими орбитами звука и любви. И это были игрушки, которые я предложил взамен эльфам. Такая способность сохранялась, по моим меркам, примерно полчаса (не известно, сколько прошло времени в действительности). Это было самое приятное, абсурдное и невероятное чувство, которое я когда-либо ощущал в своей жизни. Все страхи, связанные с невозможностью выразить себя, утихли. Это было так, словно я извергал свою душу прямо в воздух, где она танцевала и играла.
Теперь я остался с нелепым набором жизненных целей. Я повторил это еще раз с другим человеком, который утверждал, что обладает такой же способностью, и, действительно мы оба видели одни видения. Что-то вроде ментального секса невыразимой яркости. Возможности этого "языка" без всякого сомнения настолько потрясающи, что не могу представить другого будущего для нас, обезьян. К моему удивлению, несмотря на мое знакомство с психоделической общиной повсюду в США, этот феномен практически неизвестен. Я не знаю, что вызывает его, но если я съем достаточно грибов, это случается. Странно, но мне не удавалось достичь каких либо успехов, применяя голос под воздействием ДМТ, хотя известно, что там это проявляется чаще.

Вот и все.
[newpage]

Истории посреди пустоты

ПОДГОТОВКА

Эта экскурсия менее связана, чем предыдущая, по крайней мере, на бумаге. Поэтому, я не привожу текст, который я писал во время воздействия. И, хотя данный текст и основан на этих записях, он был окончен полностью через пару недель после экспириенса.

УСТАНОВКА:

Мольба. Мне кажется, что мне необходимо было подобное причащение перед предстоящей встречей с моей семьей. Меня ободрил мой предыдущий экспириенс, но мне нужно было прояснить некоторые детали.

ОБСТАНОВКА:

В субботу вечером в моей квартире.

ДОЗА:

Около 4 грамм сухих псилоцибиновых грибов, несколько затяжек травы, апельсиновый сок.
Действие началось спустя 25 минут после причастия. Я сижу, медленно дышу, вслушиваюсь. Как обычно, это начинается неуловимо. Мои мысли ясны, идеи связаны, но сами по себе обычны. Это происходит, когда ты затихаешь и фокусируешь внимание на внутреннем диалоге. Первый четкий знак того, что путешествие началось - знакомое чувство падения. Словно туман образовался в моей голове, заглушая и искажая отдаленные ощущения и в то же время, усиливая возбуждение, возникающее внутри тела. Именно на этой стадии осознаешь, куда ты попал, и что возврата назад нет. Этот момент полон возможностей, надежд, любопытства и трепета. А затем, плавно, скользя, карнавал вступает...

ВИДЕНИЕ

Одним из достоинств псилоцибинового экспириенса, о котором сообщают многие, являются его визуальные свойства. Странно, но это не случалось со мной; мой экспириенс несколько ограничен. Те несколько визуальных образов, что возникли у меня, действительно были отчетливыми и необыкновенными, но при этом мимолетными и единичными.
От этого путешествия сохранилось только одно четкое визуальное впечатление. Оно напоминает арфу, похожую на рисунок Пикассо. Она определенно не могла существовать в этой вселенной. Ее корпус темный, и кажется, что она стоит на побережье в каком-то чужом мире, на фоне розового и желтого неба. Закругленный, несколько треугольный контур "арфы" повторяется внутри себя, там, где должны быть струны, создавая своего рода фрактальную решетку, которая отступает на задний план. Движение отсутствует, и только ЭТО, безмолвное и необъяснимое, но живое, всплывает из глубин моего сознания.
Это единственный отчетливый образ, который я могу вспомнить. Тем не менее, весь грибной экспириенс обладает свойством "показывать" определенные вещи, но это не визуальное представление образов, а скорее внутреннее интуитивное понимание извечных истин. Это "показ" в смысле "осознания", а не видения в привычном смысле. Это похоже на стояние лицом к лицу с сущностью определенных метафор и архетипов. Все нижеследующее было "увидено" подобным образом.

БЕЗДНА:

Это представляет собой путешествие с проводником на край пропасти. Гриб подводит тебя к обрыву, указывает и командует смотреть. Для уверенности там есть перила, площадка для устойчивости, и проводник отпускает неудачные шутки. Может, это банально, и даже глупо, но, там есть плакат, утверждающий, что нет никакой опасности, свалиться с краю. Но, когда ты всматриваешься в эту темноту, видишь движущиеся там огромные формы, слышишь грохот и гул, отражающийся эхом в глубине, ты вспоминаешь, зачем пришел. Ты стоишь там, смотря через край Жизни, всматриваешься в ночь, и нечто вздымается перед тобой. Оно прорывается через хрупкий барьер, и касается тебя точно там, где ты Человек. Ты видишь всю жизнь, выливающуюся мимо тебя через этот дрожащий, алчущий край, выливающуюся обратно в Тайну, отступающую назад в истину, никогда не замедляясь, снова и снова. И ты понимаешь, что однажды ты снова будешь стоять на этом обрыве. В тот день, площадки не будет, перила сгниют до основания, а плакат давно унесет прочь. И только гид будет там, тихим голосом, который подает тихий знак из глубин Тайны. Смертность - самая подавляющая тема грибного транса. Все прочее вторично и иносказательно. Вопросы жизни и смерти встают передо мной словно идолы, требующие жертвы. Это как бы расплата. Мой разум подведен непосредственно к моменту быстротечной жизни, без костылей рассеянности и беспомощности, к которым он привык. Там я нахожусь лицом к лицу тем, что заставляет человека воспринимать жизнь очень серьезно, лицом к совести, самопожертвованию и ответственности. Я вижу, содрогаясь, что я живу во времени, взятом взаймы, и все то, что я больше всего люблю в жизни, движется своим путем. Мы все живем взаймы. И это причина пронзающей тревоги. Время - это призыв к ответственности: жить и любить, иначе, все закончиться трагедией.
Гриб усиливает способность смотреть на жизнь, на мою жизнь. Основа человеческого восприятия состоит в том, что оно фильтруется через перспективу собственного Я. Хотя, мы во многом меняемся в течение жизни, существует непрерывность, относительно которой мы понимаем все эти изменения. И даже эта непрерывность, это "Я", преходяще. Но, пока мы живем, эта субъективность представляет собой все, что мы знаем и имеем, даже если мы стараемся преодолеть ее через искусство, действие и любовь. Когда мы забываем об этом, когда мы забываем о том, что эта жизнь единственно наша, мы теряем ее ценность, мы игнорируем ее мимолетность, и мы становимся самодовольными, ожидая то время, когда придет жнец.
Также нужно понять, что мы не существуем в изоляции от вселенной. Это иллюзия, уловка нашего обманчивого разума. Наша жизнь, наша перспектива уникальны. Это творческий механизм. Но все мы одно изменяющееся существо. Я гляжу в зеркало и вижу вселенную выражающую себя определенным образом, как и во всех вещах, что я вижу вокруг себя. Где находится граница между моим телом и миром? В действительности, единственное различие в языке. Мне кажется, что различия в форме, цвете и химическом строении - излишние создания нашего обремененного языком разума. Мы живые частицы великого единого Целого, вздымающиеся и падающие словно волны. Будда уже сказал об этом раньше, только +cgh%.
ЕСТЬ только я. Гриб не удивить праздными спекуляциями: это истинный голос совести. Это мой собственный внутренний голос, так редко узнаваемый, вызывающий меня выйти за свои пределы. Я слышу, как он почти дразнит меня, высмеивая мои претезания, ожидая, осмелюсь ли я действовать, ожидая, что я буду делать. Я чувствую, как мир ожидает, чтобы я принял решение, но он ждет недолго! Расплата придет, даже внутри моего собственного сердца. Буду ли я готов, когда это время наступит? А если оно придет сегодня?
Я чувствую силу, стоящую за всем: некоторые называют это Богом. Другие называют это смертью, тянущей нас к себе. Причинность по Ньютону настаивает на том, что нас всех толкает вперед сквозь время энергия прошлого. Но, разве нас не тянет более или менее добровольно странным притяжением к своему предназначению? Та наша часть, что является Человеком, стремится к чему-то за пределами себя: вся наша жизнь это чувство томления - бурное море, комплекс вины... Нечто вытянуло нас от животной природы к чему-то светлому и непреодолимому, к блестящей игрушке, за которой мы следуем, словно дети, сквозь все сгущающуюся пелену. На этом пути мы ужасно страдаем, но больше всего мы боимся потерять из виду этот свет и исчезнуть навеки в темноте. Мы называем это Надеждой.
Изменение заключено в нашей природе. И больше всего мы являемся Человеком, когда изменяем себя путем созидания. Кругом много разговоров о необходимости единства, о ценности жизни существ и планеты как целого. И, тем не менее, мы с ужасом наблюдаем, как всемирная культура сводится к самому общему знаменателю: инфантильная и холодная однородность, которая захватывает и убивает любое различие, которое характерно для нашего вида. И это то единство, что мы ищем? Неподвижный одноклеточный организм, лишенный движения, цвета и надежды? Нет, это не путь ко вселенной. Мы находимся здесь не для того чтобы просто слиться без разбора в одно и исчезнуть. Чтобы по-настоящему жить мы должны привнести гармонию в этот мир, добавить свой голос в песню развертывающейся вселенной. Это творческий акт, словно бриллиант в короне Человечества. Творчеством мы можем создавать гармонию там, где ее не было раньше. Это путь к спасению.
Время летит: я слышу могильные стенания, "Ощути разницу!"

БЛАГОДАРЕНИЕ:

Голос внутри меня сказал четко: "Будь благодарен", и, конечно, я благодарен. Другой единственный выбор, когда мы стоим лицом к лицу со своей смертностью - паника и страх, и выбор за мной. Лучше возможность жить мимолетно, чем не жить вообще, говорю я! Я благодарен за добро моей семьи и друзей, за любовь которую мне показали, и которую приняли от меня взамен. Я благодарен за божественное изобилие, что питало меня, за радость от новой и разной пищи, за горячую воду, когда я открываю кран. Я стою в благоговении перед жертвами моих предков, чья борьба и страдания невообразимы, прежде чем я смог насладиться всем этим. Я благодарю все, что существует, исчезая, словно тайна.
Я созерцаю важность дружбы. Насколько значительны достижения, которые стали возможными благодаря узам дружбы, сколько в этом радости! И насколько мучительна трагедия существования без $`c'%). Я клянусь быть более открытым к предлагаемому товариществу.
Возможно, потому, что это случилось во время Благодарения, это чувство признательности поразило меня больше всего. Постоянное благодарность это противоядие от страха смерти, который в действительности является страхом непостоянства. Они всего лишь две стороны одной медали. Я хочу, чтобы знание того, насколько я действительно счастлив, осталось со мной, иначе мое сердце огрубеет, и я пропал. И я благодарю все, что только есть, все, что исчезнет, как тайна.

НАПЕВАЯ ИСТОРИИ ПОСРЕДИ ПУСТОТЕ:

Истории света и тьмы, о событиях жизни, и о любви... Мы всего лишь истории посреди пустоты. Жизнь это сказание. Его основа создана из языка и памяти; опыт - его пища. Это не формы, не поступки, а выдерживающая испытание временем драма жизненных событий, показанная другим. Признаком стоящей жизни является то, что эта история достойна того, чтобы ее рассказывать. Ценность поступков состоит в том, что они служат другим напоминанием. И нет такого, к чему бы это нельзя было применить. Знаменитые или незаметные, мы в ответе за то, какими нас запомнят, если запомнят вообще.
Но где найти эти истории? Гриб говорит мне: "Ты найдешь слова в своей жизни". Источник языка, источник силы, в непосредственности опыта. Мы представляем собой своего рода алхимический фильтр, посредством которого эликсир языка очищается от "процветающего, распространяющегося беспорядка". Теперь я вижу себя парящим над рядами той упорядоченной четкости, что называется языком. Упорядоченность? Да, но как неуловима она! Даже не думайте о том, чтобы познать ее, хотя вы живете в ней каждодневно! Она проявляется временами как материя, временами как существо, питание, рост, уничтожение, воспоминание, смерть. Она не друг и не враг, но дика, словно зверь, живущий в пустыне. И опять-таки, она хранилище культуры, тесно связанная с загадкой истории. Язык, сказительство, это проявление внутренних драм, и как таковой, язык - это ворота, через которые все новое приходит в мир.
Евреи ассоциируется с запретным знанием. Меня странно поразило это озарение. Интересно, в чем причина этого? В своем наследии я вижу корни моей любви к языку и книгам, моего желания понимать. Но я не размышляю в терминах "запретного знания". Может, в этом объяснение исторического обращения с евреями? Определенно, в средневековой Европе они ассоциировались с дьяволом, определенно, есть экономические и культурные объяснения, но, может быть эти вещи, затеняют более глубокие, более тонкие
причины? Может почти мистическое почтение к языку, характерное для "людей Книги", в невежественные времена Темных Веков, зародило подсознательный страх? Владение языком - это своего рода магия, и здесь были евреи с многочисленными странными обозначениями, рожденными на ковчеге, в самом сердце их убежища. Да, знаки Черной Магии очевидны! Посреди всего этого, тайна языка... Это стоит того, чтобы исследовать.

ТАЙНА: НАДЕЮСЬ, ЭТО ПОМОЖЕТ:

Я подошел к этому путешествию с надеждой, что оно прояснит, куда я должен следовать в своей жизни. Поначалу, мне казалось, что мой вопрос проигнорирован. В конце концов, гриб показывает тебе b., что тебе действительно надо знать, а не обязательно то, что ты хочешь. Но в конце, как мне кажется, я получил достаточно намеков, куда мне следовать. Сначала пришло чувство безотлагательности по отношению к проходящему времени, потом роль благодарности в преодолении страха. Потом я сфокусировался на тайне языка. Четко выступила важность языка, и как средства для мысли, и как моста между личностями. Меня всегда волновала проблема выражения мыслей через язык, и то, как делать это наилучшим образом. Существует момент поиска, а затем, непостижимое удовлетворение, когда слова приходят, сгущаясь из некого загадочного источника. И еще большее удовлетворение состоит в том, чтобы эти слова были признаны, в том, чтобы знать, что они действуют и вызывают реакцию. Нас запоминают за искусство рассказывать истории, и я хочу, чтобы меня запомнили с хорошей стороны.
Гриб показал мне, что я должен делать, хотя мне самому предстоит найти путь. И когда он таял в свете повседневной реальности, он сказал ясно, в последний раз:
"Будь учителем. Будь сказителем. Или исчезни!"

http://micelium.nm.ru/trips.html