Simpsons trip

Вступление

Дело было на казантипе. Я хотел поторчать. Марку я покупать не собирался. Думал купить Е, но дилер сказал, что Е сейчас доставать долго, но можно купить марочку. Т. к. я уже подготовился что-нибудь принять, да и интересно было, я согласился, тем более стоимость была той же. Уже минут через 10 марка "Симпсонов" была у меня в руке, а дилер посоветовал есть четвертинку и обязательно с кем-нибудь; если же я думаю есть половину, то в этом случае до следующего вечера ничего планировать не стоит. Не скажу, чтобы я особо в это поверил; не поверил, потому что ничего не знал о марках и о том, как их едят. Найдя человека, который готов на халяву со мной поторчать, я засунул под язык половину марки и долго рассасывал, так же сделал и он. На вкус она горькая, неприятная. Я все еще не верил что от какой-то ничтожной бумажонки с моим сознанием случится что-то ощутимое.

Начало

Я ожидал эффекта минут через 20-30. Его не наступало, тогда я постепенно напился коньяка. Мы ходили вдвоем с парнем, который был моим партнером по марке и спрашивали у людей, что от этого бывает и как. Одна девушка рассказала, что это "поэтичный кайф" (как в "завтраке нагишом"), что у всех вещей появляются какие-то не свойственные им особенности, что это красиво и интересно; что она бы хотела писать рассказы в этом состоянии. Очень удивилась, что мы съели по половине.. Всего этого я в голову особо не брал, кроме того я был пьян.

Эффект не наступал уже около часа, и я решил, что меня обманули. Однако, один мой друг сказал, что по глазам моим видно, что я что-то употребил; что выражают они полнейшую тупость и лучше бы мне одеть на них очки.. Так я и поступил, и мы пошли на питерский танцпол.

Постепенно меня прижало к земле, а лицо чуть свело в какой-то полу-злой гримасе, как от амфетамина. Начало сводить челюсти, как накануне от экстази и я, уже подготовленный стал усиленно жевать жвачку.. Играло, кажется, техно, уже было около 4 часов утра и дело шло к рассвету. Очень много людей было на танцполе и меня стало переть; однако была не гиперактивность, а желание изобразить телом чуства, возникающие по поводу музыки, впрочем, это было почему-то довольно трудно, меня сдерживало, как в тисках..

На руках постепенно появилось ощущение, как будто постоянно касаешься чего-то мокрого. Поднимаясь по лестнице, я недоумевал, почему перила мокрые; трогал себя и мне казалось, что я в мокрой одежде.. Мне стало ужасно не нравиться это состояние. Пол стал двигаться, как если бы он был жидким, и то, что я не могу доверять своим зрительным анализаторам показалось мне мерзким. Я решил, что если я буду танцевать, то от активности эти эффекты исчезнут; кроме того, я думал, что это и есть все. Если бы!

Продолжение

Я стал танцевать. Я энергично двигал руками, так как делал накануне под экстази, но почему-то это было совсем невесело; и я продолжал двигаться, потому что так было нужно.

Музыка стала объемнее, бархатнее. Встал играть 160 килограммовый DJ Габович, большой толстый мужик с бородкой, и заплывшими глазами. Он был страшный и он играл очень колбасную музыку. Двигаться стало проще, тело стало двигаться почти за меня; я не думал, какой рукой или ногой мне сейчас двигать.. Но все еще было неприятно, что я не управляю своим сознанием.

Становилось светлее и светлее. Мысли потеряли продолжительность, я не думал о том, кто я, где я, как я сюда приехал, что было час назад, полчаса назад...

Вдруг - внезапно - я прекратил двигаться, и посмотрел на свои руки. "Что я такое делаю?" - спросил я себя. Я посмотрел вокруг. Все, без исключения, занимались этим же самым, и не было ничего более глупого на земле, чем эти бесполезные телодвижения.

Я подошел к своему другу, который был под Е. "Что ты делаешь? Зачем тебе это нужно?". Я поулыбался, но спрашивал вполне серьезно.

"А вот это зачем?" - спросил меня он и показал на парня, который был ниже. Я не знаю, что употребил этот человек. У него был безумный вид, он был весь потный, с выпученными глазами, смотрел он в никуда и очень энергично крутил обеими руками, изредка указывая ими в произвольных направлениях. О боже! Я пожалел, что проделал весь путь до казантипа. Что привез себя в общество таких вот безумцев, и стал одним из них...

"Видела бы его сейчас его мама" - сказал мой друг и ужас мой усилился. "Видела бы его сейчас хотя бы моя мама! Она бы больше меня сюда никогда не отпустила".

Меня как будто обмакнули в холодную воду. В этот момент мой трип превратился в басню с моралью... Главным героем был я сам, и закончиться все должно было плохо, от этого на душе был ужас и глубокая печаль.

Парень, с которым мы ели куда-то делся, и некому было вернуть меня в веселье. Я захотел как-то отвлечься от этих мыслей и стал ходить и смотреть на людей. Ноги мои ходили нормально, но вот "в голове" мне казалось, что меня сильно прижимает к земле и слегка покачивает по сторонам. Решил посмотреть на девушек, обычно это как-то возвращает к жизни, но не тут то было... неподалеку стояли две девушки, с которыми я познакомился накануне, тогда они казались мне симпатичными. Теперь я уже не помню, были они симпатичными, или нет; под Е многие вещи кажутся красивыми, или хорошими, не являясь такими на самом деле; так вот, пот dob-маркой все наоборот. Поднималось солнце и было уже достаточно светло, лица многих людей освещались, и становились видны их огромные глаза, фиолетовые мешки под глазами.. Две эти девушки были под винтом и очень энергично двигались под музыку, которая в этот момент перестала существовать. Они показались мне ужасными исчадиями ада. Густо-густо накрашенные глаза, скрытые за какими-то слесарными очками, красные волосы, черная и алая помада. Одна из них улыбнулась, и мне показалось, что у нее ужасно желтые зубы.. Скорее всего, я стоял, и откровенно с отвращением на них уставился, но мыслей об это в моей голове не возникало. Я обернулся вокруг, и увидел, что кругом меня одни наркоманы. Они неестественно улыбаются, и делают такие движения руками сверху вниз, как будто пытаются кого-то в чем-то убедить; это было так пошло, глупо, неприятно, страшно.. Вдруг, среди них я увидел маленькую девочку, лет 6-7. Мне стало еще страшнее. Поучительная история, в которую превратилась моя жизнь стала еще более оформленной. "Бедная девочка, она же ничего не понимает! Какая-нибудь мать-наркоманка притащила ее сюда, в это скопление ужасных демонов, а девочке не понятно, почему взрослые мужчины и женщины смеются, прыгают, и у них такие страшные лица..." - такие мысли царили в моей голове. Вдруг, я подумал, что все это не случайно. Не случайно то, что все эти люди с черными душами здесь собрались, что это происходит на Черном море, и не случайно сюда приехал я, не случайно съел марку. "Но есть же здесь и хорошие, добрые люди!" - осенило меня. Наверное, в этот момент я был наиболее близок к сумасшествию... Я посмотрел к бару, и увидел девочку-фрика из Одессы. Она, как она это всегда делала, сидела со скучающим лицом, одетая в ангела. И тут я понял - она - добрый человек, и она здесь не случайно, в итоге она всех спасет! Она самая главная!

Я попытался рассказать об этом своему другу, но уже на половине моего рассказа он засмеялся и сказал мне "Это все марочка..". "Дурак, что он понимает", подумал я, и замолчал. Все вокруг все больше оживало, пол, песок все больше плавали... Он спросил меня - "Тебя глючит?". Я, исполненный отвращения к собственному состоянию сказал "Да!". "Классно" - ответил он, и сообщил о намерении приобрести симпсона и съесть его целиком. Я стал усиленно его отговаривать, но он лишь отмахнулся.. Тут я видел своего партнера по марке, и сказал ему о намерении нашего друга. Ужас отразился на его лице. "Не надо!!!" - закричал он, и бросился к тому... Ему тоже несладко приходится, понял я.

Кстати, время от времени мы с моим напарником разговаривали. В основном говорил он. Поначалу он улыбался, и говорил - как все здорово, что все эти люди ничтожны, и что они зависят от него. Что он - бог, и даже я подчиняюсь ему, не подозревая об этом. Мне было смешно, хотя, признаться, я частично поверил ему.

Позже он подошел снова и стал рассказывать мне "расклады" про танцпол. "Вот видишь тех двух девок, которые прыгают? Вот это - проститутки. А это - возле бара - их сутенер... Хотя опять, зачем же он их сутенер?", после чего он остановился, вышел на середину танцпола, и стоя посередине разглядывал всех, улыбаясь, а иногда смеясь в полный голос.

Подойдя снова он стал снова рассказывать мне про проституток, про какого-то шаха, еще про что-то, что все это не просто так и что-то они задумали; что что-нибудь сейчас произойдет. Потом он снова подбежал ко мне и сказал "А расклад, который ты не захотел тогда выслушать, он подтвердился!!!". Потом снова стал что-то мне рассказывать, но видя, что я смеюсь, ушел, сказав "Я тебе тут про серьезные вещи говорю, а ты смеешься!".

Я и правду смеялся, но как будто сквозь слезы. Я понял, что я обречен, и что все здесь обречены. Что весь казантип - сборище плохих людей, и это не просто фестиваль, а хитрая комбинация, некое природное явления. Я подумал, что сейчас море выйдет из берегов, и все наркоманы будут затоплены, или солнце сожжет нас. Некоторая надежда была на девушку-ангела, но незначительная.

Стало светло, танцпол постепенно разбрелся. Третий наш друг к тому времени уже купил марку и съел половину ее, всех подробностей я не помню, помню только что он все время спрашивал, скоро ли его попрет, а я все время говорил ему - "мало того что ты, дурак, купил эту отраву, ты еще и дождаться не можешь, когда же она на тебя подействует"! Позже его стало переть и мы были все время вместе.

Облегчение

Играл какой-то idm. Вдруг, на время мне стало хорошо. Конечно, это была какая-то горькая радость, но все-таки было хорошо. Звучали мелодии, сыгранные на теннисных шариках, под аккомпанемент переливающейся воды, и эта музыка настолько хорошо походила моему состоянию, что мне казалось, что музыка - это такая же часть природы, как небо, солнце, вода, песок, что она была на этом пляже всегда и по другому и быть не может.

Мы сидели в баре внизу. По-моему, мы сидели на песке, а произошло это так: мы куда-то шли, вдруг возле одного из столбов, которые держат крышу бара, я сел в песок и заявил: "Я нашел свое место на этой земле. Теперь я навсегда закреплен за этой точкой, и никуда не сдвинусь". А друзьям сказал сесть возле этого же столба, чтобы мы не выглядели глупо.

Один из них пожаловался, что истер свои штаны, в течение часа пытаясь положить зажигалку в карманы, которых нет, или наоборот, извлечь ее оттуда... Тут я вспомнил, что я, помимо прочего, как-то еще и выгляжу. Эта мысль повергла меня в уныние. Я осмотрел свою одежду: джинсы клеш, дурацкая сиреневая рубашка, вся в песке, прозрачные чуть блестящие очки и ковбойская шляпа. "Какая нелепость, - сказал я друзьям, - что из всех людей на этой планете именно я напялил на себя это барахло". Я стал рассматривать свою ковбойскую шляпу. Внезапно, я вспомнил этот ролик с Жириновским, где он обращается к Бушу. "Сраный ковбой!" - прозвал я себя обреченно, и стал дико смеяться. Мы о чем-то разговаривали, и внезапно я увидел, что обсыпаю собеседников песком. Я не заметил, как это началось, но мне это нравилось, и я продолжил это делать. Настроение мое поднялось. Я покинул свою точку на этой земле и пошел прогуляться по пляжу. Вернувшись, я сел в бар. Я хотел купить газировки, и денег у меня было достаточно, только вот с барменом разговаривать я стеснялся... Я сидел, довольный собой, задрав голову вверх.

Тут ко мне подошел один из моих товарищей. "Ты че, обоссался?" - спросил он. Я поглядел вниз, и почувствовал, что обсыкаюсь, и теплота медленно растекается у меня по ногам. "Какой позор!" подумал я и вскочил с сидения. Держась руками за пах, скрючившись, я прошел метров 10 от бара, и только тогда понял, что мне показалось. То же, оказывается, показалось и моему другу, он сел в песок и закопал свои ноги, чтобы не было видно следов его позора.

Мы вновь уселись в песок и стали разговаривать. Не знаю уж, на что был похож этот разговор, но я все время смеялся и повторял, что я - "сраный ковбой". Не стесняясь, я кричал что-то про марки и про то, что меня прет, что-то еще... Говорил я об этом, продолжая посыпать всех песком. Если я задерживал на чем-то взгляд дольше 2-3 секунд, оно тут же оживало, начинало плавать, и чем дольше я на это смотрел, тем обширнее и тем более пугающими были галлюцинации.

Друзья мои заметили, что они все в говне. То есть, в песке. Один из них заявил, что я его достал и он идет домой. Второй захотел тоже пойти домой, но мне совсем не хотелось, и я сказал ему - "Зачем идти туда? Зачем? Здесь же так здорово! Послушай, какая тут музыка!". Видимо, он всерьез задумался над этим вопросом, потому что спросил меня: "Как ты так быстро меня убедил?".

Не помню, как это произошло, но мы с ним остались вдвоем на пляже. Мы ушли на последний танцпол, где еще играла музыка и еще танцевали последние торчки. Лица их были ужасны. Они были или скорчены в нелепых гримасах, или неестественных улыбках, иди же были злыми. Снова стало страшно и я стал собирать чепуху. Мы залезли в песок и стали в нем барахтаться. По-моему я съел много песка.
Ничего особенного в этот момент не происходило, но это был пик галлюцинаций: стоило уставиться на песок, как черные точки на нем превращались в червей, следы от ног - в змей, все это начинало ползать, ползать, заползало на меня, затягивало внутрь; дальше я смотреть это боялся потому что становилось непередаваемо жутко, я резко переводил глаза на другой предмет. Облака на небе, как ни странно, превращались в людей, а люди начинали заниматься повальным сексом. Смотреть эти порнографические галлюцинации мне нравилось больше всего, хотя и наскучивало. Море переливалось большим количеством оттенков, и казалось мне каким-то скоплением энергии. Мне сказали, что смотреть на него под кислотой не следует, и я не смотрел.

Я был весь в песке, лицо, рот, глаза, вся одежда, все в песке. часов в 11 утра или даже позже решено было идти, но мне было очень страшно. Я пошел за своим другом, воровато озираясь по сторонам. Мне казалось, все заглядывают мне в глаза и качают головой. Меня обуял ужас. Идя домой, мы прошли мимо хозяйки, которая с нами поздоровалась, мне показалось, как-то презрительно.
Товарищ, с которым мы ели марку, успел поспать и уже был вполне трезв, и второй, с которым мы пришли домой тоже держал себя в руках. А я не мог.

Худшая часть трипа

Я был в ужасе. "Неужели я навсегда останусь таким?", подумал я. Надо мной стали подшучивать. Один говорил - "С кислоты, кстати, сходят с ума". Второй вообще злостно издевался. Стал рассказывать, что в первый раз многие сходят с ума; что я должен был это знать. Потом он сказал "Так ты что ли первый раз? Ну так поздравляю тебя, ты - наркоман". Сердце мое бешено колотилось, я не знал, что с собой поделать. Все вокруг плавало, и переливалось цветами, была оборвана нить, связующая мысли, меня перло сильней чем ночью, и я не знал, что с этим делать. Трип продолжался уже часов 10.
Они все подшучивали - "Мы уже забыли про эти марки, а ты вот все еще корчишься, ты ведь до нее был не такой". Я был в ужасе. Им захотелось пойти в магазин.. "Возьмите меня с собой" - взмолился я. "Не-не-не-не... С тобой, как с маленьким ребенком", - сказали они и ушли, оставив меня в панике. Каждую секунду пульсировал в моей голове вопрос - "Что теперь делать?". Продолжались галлюцинации. Все время казалось, что за спиной кто-то стоит. Оставшись один, я уть не сошел с ума. Я пробовал закрыть глаза, и видел фракталы. Я хотел убежать от этого, открывал глаза, и видел жидкие, плавающие по стенам обои. О черт! Я закрыл себя тремя одеялами, я дрожал, я потел, я думал что это поможет мне. Я пытался забыться, и, вспоминая что-то даже смеялся в полный голос, но мной владела паника. Не помню уже, что я делал весь день, но весь этот день я был в ужасе, и только около полуночи мне удалось, наконец заснуть.

До этого мы еще ходили поесть. Я готов был платить в три раза больше, лишь бы не общаться с официантами в баре. Сидя за столиком, я весь издергался, желая изобразить нормального человека. Я сидел, не снимая очков, глядя по сторонам. Когда меня спросили, чего мне нужно, я сказал, дрожащим голосом, глядя снизу вверх, "Пельмени...", посмотрел по сторонам, потом снова на официантку - "Одну... больше ничего". Мне казалось, внимание всего кафе приковано к нам. Это было ужасное испытание, холодный пот был по всему моему телу. Съел порцию пельменей и ничего не почувствовал, поспешил вернуться домой. Оставив товарищей в кафе, я пошел домой, боясь что кто-нибудь подойдет ко мне и что-нибудь спросит. Я шел по улице и смотрел на дома, пытаясь узнать свой. Я дошел до конца улицы, и своего дома на ней не нашел. Обошел ее с другой стороны и тоже не узнал. Потом случайно встретил своих друзей и вернулся с ними домой. Там лег в постель и больше уже в тот день не вставал.

Конец

Заснуть удалось часов в 12, но часа через полтора я опять проснулся. Чувствовал себя свежо, галлюцинаций не было, но вот общее состояние сознания было еще не вполне трезвым. Походив по комнате, я решил что на казантип сегодня не пойду. Где-то до 3-3:30 я опять лежал в кровати, пытаясь заснуть и наслаждаясь собственным спокойствием.

Итог

Таким образом, я съел марку около 3 часов ночи и до полуночи продолжался эффект. Впечатлений и переживаний мне хватило навсегда, главные из которых - страх и отвращение к состоянию собственного ума.

Автор: cjbug